Надо сказать, что начать учить арабский у Димы было вообще одним из самых удачных решений в моей жизни. Хотя ничто из предыдущей жизни не предвещало. Ни в арабоязычной стране, ни в Израиле я не живу, количество арабоязычных знакомых невелико (ну то есть исходно было непонятно, с чего бы учить арабский, а не, скажем, армянский или испанский), других семитских языков в багаже нет. Более того: в тот момент жизни я была после тяжелейшей гормональной терапии, очень сильно порушившей мне всю когнитивную сферу (в частности, кратковременную память и концентрацию). Так себе пререквизиты, чтобы учить с нуля абсолютно новый и явно сложный язык, где даже цифры другие, не говоря уж про буквы.
Ситуация изменилась после 7 октября 2023 года. Мы тогда много говорили с Димой о происходящем в мире, и по итогам этих разговоров я в конце концов пришла к идее, что надо выучить арабский хотя бы в объёме “я могу прочесть заголовок на новостном сайте, авось потом с автоматическим переводчиком разберусь дальше”. Так и сформулировала запрос, честно предупредив, что, скорее всего, ученицей буду — очень так себе:
— Ну, ты видишь, в каком я состоянии…
— Вижу, — спокойно ответил Дима. — Давай начнём.
— Но я буду сильно тупить… правда очень сильно…
— Итак, начнём с арабского алфавита…
Честно говоря, не помню, тупила ли я на алфавите. Кажется, меньше, чем предполагала. Потом был урок по арабским цифрам — сюрпрайз, это не привычные нам 1-2-3… и да, как раз на цифре “три” — ٣ — меня перещёлкнуло на красоте наблюдаемого. “Три” по-арабски — “thalatha”. Учитывая, как она выглядит, — ну явная таласса, то есть море! Я это озвучила. “Ну да, — сказал Дима, — а буквы похожи на корабли”. Когда перед глазами появилось море с буквами-кораблями, для начала я поняла, что читать справа налево проблемой не будет: в самом деле, какая разница, как проводить взглядом по кораблям на рейде? А потом почувствовала — что дальше будет ещё красивее.
Уже с третьего урока — пошла поэзия. Неадаптированная, берём ютуб и анализируем. Для начала — “найди то, найди это”. Причём это оказывалось ужасно азартно:
— Найди то и то, ты это знаешь.
— Э? Я же вообще не знаю арабского…
— Ты знаешь, вспоминай.
Ну, и как-то выясняется, что поскольку как минимум фантастику читала — от Герберта до Фрая — то да, кое-что знаю! Просто не знаю, что знаю!
Поэзия, поэзия, поэзия. Много-много-много. Без грамматики практически — она сама нарастёт (наросла, всё правда!). Слушай — транскрибируй с голоса (конечно, будет “йес тыр дэй”, но это неважно) — делай подстрочник. Кстати, да: для тех, кто, как и я, несколько ушиблен дивной идеей, что надо задания делать сразу без ошибок, — у Димы это вообще не так. Практически сразу выяснилось, что даже когда ошибки получаются глупыми и смешными (например, у меня в одном переводе “летела стая котов”! Серьёзно!) — это не только не страшно, но наоборот: ошибки очень круто помогают обучению!
Меньше чем через месяц таких вот занятий — невероятно увлекательных, поэтому по факту ставших ежедневными, — я сделала свой первый поэтический перевод с арабского. Не самый совершенный, понятно, надо будет как-нибудь его переделать. Ещё через полмесяца — второй. А потом — арабский стал для меня такой вот открытой сокровищницей, где можно да хоть купаться в алмазах пламенных: бери что хочешь, переводи что хочешь, кайф невероятный, вообще непредставимый!
Маленький нюанс: до занятий арабским я вообще-то не была переводчиком. Ни поэтических текстов, ни прозаических — никаких. Стихи писала, что да, то да, но только на своём родном русском. Попыток перевода стихов — за всю жизнь — штуки четыре было. А вот изучение арабского мне, по сути, дало ещё один немерено нравящийся скилл. Потому что ошибиться — оказалось не страшно. Вообще не страшно. Совсем. Страха нет, Нео.
Ну что. На момент написания этого отзыва я занимаюсь арабским чуть больше года. Поэтических переводов с арабского уже 24 штуки (на русский) и 12 (на украинский), включая перевод поэм Каббани и Аль-Варди. Знакомые переводчики и литераторы хвалят, а один из моих переводов даже вошёл в украинскую школьную программу по внеклассному чтению в курсе “Литература зарубежных стран”. Уровень арабского — примерно B1–B2 (правда, без разговорного: диалектов мы в курсе касались мало, разговорных навыков у меня нет вовсе, но фусха — литературный арабский — как мы понимаем из названия, в принципе не про это).
А, ну и да. Помните, я говорила, что у меня были серьёзные проблемы с когнитивной сферой после тяжелейшей терапии? Полтора года пыталась мозги собрать в кучку. Ну, где-то уже через месяц-полтора занятий я поняла: нет у меня больше проблем с когнитивкой. Как и не было. Память вернулась, концентрация вернулась. А потом, ещё через пару месяцев, — что не просто вернулись, но вышли на тот уровень, на котором в 20 лет были (мне полтинник, если что). А потом — что доросли до того уровня, на котором раньше и не были никогда.
Ну и, само собой, когда я задумалась, что для полного счастья мне не хватает иврита (а, конечно, дошло и до этого), — о других учителях, кроме Димы, речи вообще не шло. “Разберёшься в арабских глаголах — ладно, будет тебе и иврит!” — сказал муаллим 🙂 Так и вышло, но это уже совсем другая — хотя по-своему не менее офигенная — история…