И смотрел я, страстно влюблённый, на идущего через сад: Красота его так сияла, что все затмевала цветы. Но сказал я: “Не удивляйся, есть разгадка у волшебства – Ибо в зеркале человека самого себя видишь ты”. (переводчица – Танда Луговская) Оригинал: إِنّي عَجِبتُ لِصَبٍّ مِن مَحاسِنِهِ تَختالُ ما بَينَ أَزهارٍ وَبُستانِ فَقُلتُ لا تَعجِبي مِمَّن تَرَينَ فَقَد أَبصَرتِ نَفسَكَ في مِرآةِ…
Танда
Ибн Араби: Когда мы встретились… (إِذا ما اِلتَقَينا لِلوَداعِ حَسِبتَنا)
Шадда – огласовка над буквой, показывающая, что на самом деле букв тут две. Выглядит как птица в небе. Когда мы встретились, чтоб навсегда проститься, мы сплелись, Слились в единобуквие объятий. Огласовка шадда Могла бы выдать тем, кто видит, двуединство наших тел, Но на двоих всего одна душа, и больше нам не надо. Но как же ярок свет твой, как же…
Ибн Араби: Кто силён, кто возвысился, тот… (من عزَّ ذلَّ إذا طالَ الزمانُ به)
Кто силён, кто возвысился, тот – если время его продлится – падёт, Ибо признаки вечности: измененье, поворот и переворот. На небесных весах справедливой меры не видел никто никогда: Лишь обвешиванье и убыль достаются каждому, кто наблюдал. И не рад человек своей прямоте и праведности – но только лишь до тех пор, Пока искажением время не одарит его, не затмит ему…
Ибн Араби: Места их стоянок стёрты уже песком, но любовь… (دَرَسَت رُبوعُهُمُ وَإِنَّ هَواهُمُ)
Места их стоянок стёрты уже песком, но любовь Возрождается в сердце вновь и вновь, её не стереть. Вот следы былых жилищ, вот и слёзы мои, И как вспомню о том, что душа таит, – оттаю всегда. Я вослед каравану воззвал из-за любви: “Постой, О тот, кто так богат красотой, вот я – разорён, Я умылся пылью, нежность и страсть в…
Ибн Араби: О, голубка на тонком дереве в земле Гелиадской… (حَمامَةَ البانِ بِذاتِ الغَضا)
О, голубка на тонком дереве в земле Гелиадской, Как же тяжко мне от того, что на плечи лёг небесный простор! Кто же сможет вынести любви и печаль, и нежность? Кто же сможет выпить до самого дна горький свой приговор? Говорю я, горю я в страстном огне, в мученьи сердечном: О, когда бы тот, из-за кого я любовной лихорадкою хвор, Мимо…
Ибн Араби: Сердце моё любую форму принять готово… (لقد صارَ قلبي قابِلاً كُلَّ صُورَةٍ)
Сердце моё любую форму принять готово: Пастбище для газелей иль монастырь для монахов, Идолам ли обитель, паломникам ли святыня, Книги Корана или скрижали Торы. Куда б ни свернул караван – живу я одной любовью, Стала она моей верой, религией стала моею. (переводчица: Танда Луговская) Оригинал: لقد صارَ قلبي قابِلاً كُلَّ صُورَةٍ فمَرعى لِغُزلانٍ وَدِيرٌ لِرُهبانِ وبيتٌ لأوثانٍ وكَعبَةُ طايِفٍ وَألواحُ…
Ибн Араби: Солнце страсти, солнце любви озарило души… (شمس الهوى في النفوسِ لاحت)
Солнце страсти, солнце любви озарило души – И под ним сердца засияли, наполнились светом. Для меня такая влюблённость куда желанней, Чем всё то, что проницательный рассказать о ней сможет. О любовь того, кто над сердцем моим всевластен, Не покинь меня – ведь исчезнет из жизни сладость! Нет таких людей, кто сердце своё способен услышать, Пока любовь перед ними лицом к…
Ибн Араби: Я удивлялся морю, что берегов не видало… (عجبتُ من بحرٍ بلا ساحل)
Я удивлялся морю, что берегов не видало, И берегам удивлялся, что не видели моря. Я удивлялся утру, что с темнотой не встречалось, И удивлялся ночи, не встречавшей рассвета. Я удивлялся сфере, своего не знающей места, О которой знают при том и мудрец и невежда: И лазурному куполу, что возведён над нею, И голубому потоку, что меридианы пересекает, И земле, что…
Ибн Зухр: Виночерпий, я пожалуюсь тебе… (أَيُّها الساقي إِلَيكَ المُشتَكى)
Виночерпий, я пожалуюсь тебе, Даже если не услышишь слов моих. Сотрапезником я очарован был Светлоликим, и из рук его вино Пил, когда от хмеля пробуждался он. Приподнявшись, он тянул к себе бурдюк, Мне четырежды четыре наливал Полных чаши. Он клонился, точно ветвь Тонкой ивы, и без сна я ночь провёл, Я от страсти трепетал, и ослабел. Он, подумав о разлуке,…
Ибн Хамдис: Сицилию я вспомнил, и печаль… (ذكرت صـقـلـية والأسـى)
Сицилию я вспомнил, и печаль Зажгла в моей душе воспоминанья: Ведь юности обитель опустела, Где каждый был учтив и утончёнен. И если ты из рая изгнан был, То расскажу я новости оттуда, И если б не солёность слёзных вод – Я б слёзы счёл тогда рекою райской. От юности смеются – если двадцать, А в шестьдесят – рыдают над грехами.…